Один в поле воин

Один в поле воин. Пять русских героев, погибших в неравном бою

Любой значимый успех на войне — это прежде всего результат слаженных действий армейского коллектива, спаянного месяцами службы в единое целое и работающего как хорошо отлаженный механизм. Древняя мудрость «один в поле не воин» возникла не на пустом месте — одиночки в бою быстро и, как правило, бессмысленно погибают. Однако бывают и исключения, лишь подтверждающие это правило. О ярких примерах индивидуального героизма и самопожертвования русских солдат в войнах ХХ и XXI веков — в материале РИА Новости.

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • » .
  • 140

Юрий Петрович Дольд-Михайлик

И один в поле воин

Звонок был долгий.

В другое время начальник отдела 1-Ц, оберст Бертгольд, вероятно, вскочил бы с дивана и бросился к телефону. Но на этот раз он даже не шевельнулся. Бертгольд лежал, как и прежде, закрыв глаза, и можно было подумать, что он спит.

Адъютант оберста гауптман Коккенмюллер уже несколько раз стучал в дверь кабинета; не дождавшись разрешения войти, он даже чуть-чуть приоткрыл её, но, увидав оберста на диване с закрытыми глазами, тихонько закрыл дверь, чтобы не нарушать отдых своего шефа.

Гауптман знал, что его начальник прошедшей ночью не спал. Лишь под утро, после звонка самого Гиммлера, он разрешил себе немного отдохнуть. Адъютант не присутствовал при разговоре Бертгольда по телефону — увидав вытянувшуюся фигуру оберста и услышав его почтительное обращение к телефонному собеседнику, гауптман на цыпочках вышел из кабинета, впрочем, не совсем плотно притворив дверь. Даже по обрывкам фраз, доносившимся в смежную комнату, где стоял стол гауптмана, становилось ясно, что разговор с Гиммлером был для оберста приятной неожиданностью.

Да, после такого разговора Бертгольд мог позволить себе полежать полчасика наедине со своими мыслями! Его деятельность в этой лесистой и поэтому особенно опасной для армии фюрера Белоруссии верховное командование оценивает очень высоко, и Гиммлер совершенно недвусмысленно намекнул, что ему, Бертгольду, готовят новое, значительно более широкое поле деятельности.

Была причина несколько нарушить обычный распорядок дня, чтобы немного помечтать.

Вилли Бертгольд, собственно, не был мечтателем. У него, кадрового офицера немецкой разведки, которой он отдал всю жизнь, было единственное желание: неуклонное продвижение по службе и в связи с этим — увеличение благосостояния его небольшой семьи. Но сегодняшний разговор несколько оживил воображение оберста. Ещё бы! Перед ним открывается возможность оставить этот неприветливый край. Бертгольд никогда, ни при каких условиях не решился бы подать рапорт с просьбой о переводе куда-нибудь в другое место. Это испортило бы его карьеру, повредило репутации офицера, который думает только о выполнении приказов командования и вовсе не заботится о себе. Но теперь, когда сам Гиммлер… Новый телефонный звонок прервал эти приятные мысли.

Читать еще:  Солнце в 4 (четвертом) доме

«Кто бы это в такую рань?»— пронеслось в голове Бертгольда, и в то же мгновение он услышал тихий, но настойчивый стук в дверь кабинета.

— Войдите! — не открывая глаз, бросил оберст.

— Из штаба двенадцатой дивизии, звонят уже вторично, — тихо проговорил Коккенмюллер.

— Что случилось? — Бертгольд из-под полузакрытых век взглянул на вытянувшегося адъютанта и не мог не отметить про себя, что бессонная ночь почти не отразилась на нём: его реденькие волосы были, как всегда, прилизаны, щеки чисто выбриты и большие бесцветные глаза не выказывали утомления.

— Вчера вечером на участке двенадцатой дивизии к нам перебежал русский офицер. В штабе дивизии он отказался дать какие бы то ни было показания и настойчиво требует, чтобы его отправили непосредственно к вам, герр оберст!

— Да! Он назвал не только вашу должность и фамилию, но даже имя!

— Что-о? — Бертгольд удивлённо пожал плечами и встал.

— В самом деле странно! — согласился Коккенмюллер. — Откуда русскому офицеру знать вашу фамилию.

— И тем более — имя!

— Во всяком случае я прошу и, простите, осмелюсь посоветовать: будьте осторожны, герр оберст! Ведь не исключена возможность, что этот офицер подослан с целью покушения на вас…

— Вы преувеличиваете значение моей персоны, гауптман. Покушение на меня, рядового офицера…

— Но, герр оберст — попытался возразить адъютант.

— Это было бы оправдано, если бы речь шла о командующем корпусом или армией, — не слушая его, продолжал Бертгольд.

— Герр оберст должен учесть, — угодливо заметил Коккенмюллер, — что речь идёт не о рядовом офицере, а об офицере, который имеет честь быть личным другом Гиммлера. А для большевиков этого достаточно.

Читать еще:  Лунный календарь садовода и огородника на 13 июнь 2022 года

— Какие же распоряжения вы дали штабу?

— От вашего имени я приказал доставить документы перебежчика, а самого его задержать до особого распоряжения.

— Вполне разумно! Документы уже прибыли?

Коккенмюллер быстро вышел из кабинета и через минуту вернулся, пропустив впереди себя невысокого толстого обер-фельдфебеля.

— Приказано передать в собственные руки, герр оберст! — чётко отрапортовал обер-фельдфебель, протягивая большой пакет. Бертгольд расписался на продолговатом листке, приклеенном к конверту.

Обер-фельдфебель скрылся за дверью кабинета. Бертгольд аккуратно надрезал конверт и осторожно вынул из него присланные документы: большую топографическую карту и офицерское удостоверение.

Бросив взгляд на карту, оберст молча передал её адъютанту. Приколов карту кнопками к маленькому столику, гауптман вынул из ящика лупу и низко склонился над только что полученным документом, очевидно разыскивая на нём какие-нибудь тайные знаки. Он так углубился в изучение карты, что даже вздрогнул, услыхав голос Бертгольда.

— Не кажется ли вам, что лицо этого перебежчика не типично для русского? Коккенмюллер подошёл и из-за спины своего шефа взглянул на фотографию.

— Ко-ма-роф… — по слогам прочитал он и снова перевёл взгляд на снимок. — Да, repp оберст, лицо европейца, я бы даже сказал арийца. Обратите внимание на этот высокий лоб, прямой, с горбинкой нос.

— Соединитесь со штабом, пусть доставят перебежчика сюда.

Откинувшись на спинку кресла, Бертгольд снова полузакрыл глаза, пытаясь возобновить в памяти каждую фразу утреннего разговора с Гиммлером, но приятное, мечтательное настроение уже не возвращалось. Возможно, мешал сосредоточиться резкий голос Коккенмюллера, долетавший из смежной комнаты. Что-то он долго не может соединиться с оперативным отделом! И потом этот перебежчик! Очень странно, что он настаивает на встрече именно с ним. Впрочем, сейчас всё выяснится.

Оберст снова раскрыл книжечку и долго, внимательно вглядывался в изображение человека, которого сейчас приведут к нему. Интересное лицо! У кого это он видел такой маленький, крепко сжатый рот?

— Приказ выполнен, герр оберст! — ещё с порога доложил Коккенмюллер. Взяв один из стульев, гауптман поставил его посреди комнаты.

— Вы пригласите его сесть сюда, а здесь, в кресле, у стола, буду сидеть я. — Коккенмюллер

Читать еще:  4 дом в Скорпионе. Подвал с пауками

Послесловие

Вопросы, рассмотренные в этой задаче могут показаться совершенно детскими и несерьезными — ну, в самом деле, какой может быть глубокий смысл в рисовании многоугольничков на клетчатой бумаге? Тем более таких простых многоугольников, какие встречались в задаче. Однако совершенно неожиданным образом здесь вылезают связи с довольно сложными областями математики.

Чтобы увидеть эти связи, потребуется одно несложное определение. Пусть имеется нарисованный на клетчатой плоскости выпуклый многоугольник A1A2. An, все вершины которого лежат в узлах и внутри которого находится всего один узел О. Тогда двойственный многоугольник строится следующим образом (рис. 4). Нужно взять векторы сторон ( overrightarrow ), ( overrightarrow ), . ( overrightarrow ) и отложить их все от точки О. После этого на каждом из отложенных векторов нужно отметить ближайший к О узел. Соединяя последовательно отмеченные узлы, получим двойственный многоугольник.

Оказывается, верна следующая теорема: если на границе выпуклого многоугольника с единственным внутренним узлом находится b узлов, а на границе двойственного многоугольника — b* узлов, то b + b* = 12.

Эта теорема — ее называют «теоремой о 12 целых точках» — была открыта совсем недавно, в конце ХХ века. Интересно, что первые ее доказательства использовали сложные понятия вроде торических многообразий (toric variety) или модулярных форм. С этими двумя доказательствами, а также еще с двумя идеями доказательств этой теоремы можно познакомиться в статье Lattice Polygons and the Number 12. Правда, все они нетривиальные и требуют довольно серьезного уровня подготовки. К счастью, несколько лет назад появилось и элементарное доказательство этой теоремы, которое доступно старшекласснику. С ним можно познакомиться в статье Д. Реповша, М. Б. Скопенкова и М. Ценцеля «Элементарное доказательство теоремы о 12 целых точках».

Из теоремы о 12 точках ответы на вопросы задачи следуют почти мгновенно. Действительно, раз меньше трех точек на границе двойственного треугольника быть не может, то и больше 9 точек на границе исходного треугольника тоже не будет. В пункте б) рассуждение такое: поскольку многоугольник выпуклый, то у двойственного многоугольника число вершин будет таким же, как и у исходного (векторы, которые мы откладываем от внутреннего узла, не могут быть сонаправлены как раз из-за выпуклости), поэтому их не больше 6.

При подготовке этой задачи использовались материалы XVI Летней конференции Турнира городов.

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector